Раздел Украины? Не думаю

К оглавлению самого интересного

РАСПАД УКРАИНЫ НЕИЗБЕЖЕН?

С Итаном Бергером спорит американский эксперт Адриан Каратницки
Выдвигая некую гипотезу или вдаваясь в рассуждения, каждый ученый, писатель или интеллектуал берет на себя ряд серьезных обязательств перед читателем. Одно из наиболее важных – это оценить правдоподобность своего предположения, и если она невелика, то задуматься над тем, какие последствия будут иметь эти аналитические упражнения и кто ими может воспользоваться.
Статья Итана Бергера «Можно ли разделом территории решить украинские проблемы?» ни по одному из этих критериев не соответствует принципам ответственного анализа.

Во-первых, ошибочен главный тезис г-на Бергера. Украину не раздирает этнолнгвистический конфликт между западом и центром, с одной стороны, и востоком и югом, с другой. Как покажет более пристальный взгляд на общественное мнение, у Украины есть своего рода национальный консенсус по главным вопросам национального единства и суверенитета.
Во-вторых, Украина — это, конечно, относительно устойчивая демократия, но статус государства она получила недавно, институты там еще не вполне оформились, а политика хаотична. Менее всего страна сейчас нуждается в том, чтобы Запад раздувал сполохи сепаратизма, какими бы слабыми они ни были.
Как утверждает Сергей Тигипко, один из украинских политиков нового поколения, многие руководители современной России не смирились с украинским суверенитетом и независимостью. Более того, по мнению Тигипко, на Украине активно работает российская разведка, а некоторые ведущие политики России установили прочную связь с маргинальными сепаратистскими силами Украины. Безответственно было бы оказывать этим враждебным силам даже незначительную поддержку.

Важно иметь в виду, что страна сделала огромные успехи в консолидации демократии; смена власти происходит регулярно и на основании конкурентных выборов. В течение десяти лет, до экономического кризиса 2008-2009 гг., экономика Украины непрерывно развивалась — со средним годовым приростом 7%. Украинские СМИ представляют различные взгляды; в стране образовалось сильное гражданское общество. Когда демократические процессы оказались под угрозой, граждане встали на защиту своих прав.
В целом страна движется в верном направлении. У сторонних наблюдателей нет оснований для предположений наградить эти долгожданные достижения дестабилизирующими разговорами о разделении.
В то же время, советское прошлое, а также вхождение в иностранные государства, которое в Восточной и Западной Украине проходило по-разному, посеяли в Украине культурно-лингвистический раскол. Со временем его можно преодолеть, и его не следует переоценивать поверхностным аналитикам.
Важнее всего наблюдать за тем, как граждане Украины — украинцы и русские, украиноязычные и русскоязычные — воспринимают свое будущее. Опросы общественного мнения за последние два года проясняют картину.

В середине 2008 г. опрос проводил авторитетный киевский институт имени Горшенина; по его результатам, 87,5% населения своей родиной считают Украину и только 7,5% считают, что их настоящая родина — это Россия (в основном это мнение бытует среди пенсионеров, живущих в Крыму). Эта общая идентификация с Украиной проходит сквозь региональные, этнические и религиозные различия. Кроме того, тенденция к консолидации усилилась: в 2006 г. своим украинским гражданством гордились 52,5% украинцев; к 2008 г. их число возросло почти до 70%.
Немаловажно и то, что во время недавнего опроса, когда жителей Украины спрашивали, как бы они проголосовали во время референдума по поводу государственного устройства Украины, почти 60% высказались в пользу унитарного государства, 20% предпочли федеративное государство и 20% не имели определенного мнения.

По поводу якобы болезненной темы языка опрос, проведенный институтом им. Горшенина, дал следующий результат: 49,5% заявили, что они с самого начала говорили дома по-украински, 46% сказали, что говорят дома по-русски, а примерно три четверти населения сказали, что владение украинским языком должно был бы быть обязательным для всех граждан.
Эти тенденции подтверждаются наиболее свежими данными. Согласно опросу, проведенному в феврале 2010 г., жители как Восточной, так и Западной Украины в равной мере хотят улучшения отношений с Россией. Но при этом только 12,5% хотели бы, чтобы совместно с Россией принимались законы и только 7,6% хотели бы, чтобы Украина вошла в состав России, и чтобы у этих стран было общее правительство. В то же время подавляющее большинство жителей Украины единодушны в том, что главная проблема страны, которую следуют решать прежде всего, - это слабая экономика.
Иными словами, несмотря на все разногласия между восточной и западной частями, граждане Украины гордятся своим государством, ценят свой суверенитет, признают за собой обязанность улучшать владение украинским языком и говорить на нем, а также хотят экономического благополучия.

Недавно по государственному телевидению страны показывали передачу, в которой принимали участие граждане из Западной и Восточной Украины; один участник из восточноукраинского города Донецка выразил эту мысль следующим образом: «Почему когда мы, жители восточной и западной частей, ездим за границу на футбольные матчи, мы держимся вместе и болеем за одну и ту же команду? И почему здесь, на Украине, мы постоянно говорим о наших разногласиях? Я скажу почему: здесь мы в окружении политиков».

Таким образом, Восточная и Западная Украина отнюдь не находятся на грани ожесточенного конфликта. И политикам, как и аналитикам вроде г-на Бергера, не следует утверждать обратное.
Кроме того, г-н Бергер категорически неправ, приводя «бархатный развод» Чехии и Словакии в качестве образца для Украины. В Украине, в отличие от Словакии 1990 г., нет таких крупных партий, лидеров или гражданских движений, которые бы выступали за раздел Украины или за отделение восточной части от западной.
В январе 1994 г. американская разведывательная служба дала аналогичную оценку тогдашней ситуации. По словам Washington Post, прогноз был следующим: «Ухудшение украинской экономики разожжет конфликт, который приведет к разделению страны на два государства и возобновит полемику о судьбе ядерного оружия на этой территории, хотя государство только что согласилось от него избавиться».

К этой некомпетентной оценке в политическом сообществе отнеслись с большим вниманием и доверием. Она вызвала страх и волнение у украинцев. Но тогда она была не менее ошибочна, чем нынешние разговоры о разделении.
За последние двадцать лет в центре, на востоке и на западе Украины советская самоидентификация и региональное мышление ослабли. В Южной и Восточной Украине им на смену пришел вовсе не русский национализм и не русскоязычный сепаратизм. Напротив, их заменило отчетливое приятие единой украинской государственности.
Остается нерешенным вопрос о том, как относиться к прошлому страны. Дискуссии на эту тему часто ведутся на повышенных тонах, но не следует из-за этого закрывать глаза на тот факт, что граждане Украины, независимо от этнической принадлежности, единодушны относительно настоящего и будущего своего молодого демократического государства. Украинские граждане, элиты и лидеры решительно стремятся к унитарной системе, гражданскому подходу в вопросах национальности и государственности и к языковой терпимости. Сейчас не то время, чтобы раздувать тенденции к расколу, которого на Украине никто не хочет и к которому никто не стремится.
Адриан Каратницки – старший научный сотрудник Атлантического совета США (Atlantic Council of the U.S.).

См. также:
Итан Бергер. Можно ли разделом территории решить украинские проблемы?15 марта 2010, Адриан Каратницки

http://polit.ru/institutes/2010/03/15/ukraine.html

Проблемы безопасности

 

Дмитрий Зеркалов

Тигипко: «Власть – это не владение заводами, морями, пароходами, а эффективное управление чужой «государственной» собственностью в свою пользу под крышей Президента.»