«СНГ: размежевание ради воссоединения». Часть 1

К оглавлению "Актуальные темы" К оглавлению "Политическая безопасность"
К оглавлению самого интересного

На протяжении нескольких лет эти представления приобрели немалую популярность как за рубежом, так и в определенных слоях российского общества. Дескать, во внешней политике Россия ведет себя, как слон в посудной лавке: умудрилась перессориться почти со всеми бывшими союзными республиками, включая даже «сверхбратскую» Белоруссию. Тем самым обывателю внушаются мысли и об имперских амбициях российского руководства, и о высокомерии ее дипломатического корпуса. Подобная логика нередко царит в многодетной семье, где старший ребенок виноват решительно во всем, что бы ни натворила малышня. Оно и понятно: маленьких – жальче, да и спросить с них невозможно. Но со временем младшие всерьез начинают видеть в старшем виновника всех зол, источник постоянной опасности.

Рейтинг бедности и сепаратизма

Вот уже добрых 20 лет образ «старшего брата» подвергается ожесточенной критике со стороны членов некогда большой семьи народов. Он, такой-сякой, и газ по российским тарифам не продает, и поставками нефти шантажирует, и продовольственные войны (винные, минеральноводные, сахарные, молочные, мясные…) развязывает, и беспроцентных кредитов не предоставляет, и оружием зловеще вдоль суверенных границ бряцает, и – о ужас! – безвозвратных ссуд не дает.

У этой точки зрения имеются приверженцы и в самой России – в основном среди тех, кто руководствуется принципом «чем хуже – тем лучше». Подобно большевикам, которые желали царскому правительству поражения в Первой мировой войне, иные оппозиционеры демонизируют нынешнее руководство и накликивают на страну катастрофу. Зачем? А чтобы на ее гребне проскочить во власть.

Однако насколько справедливы в своей критике «младшие братья и сестры», а также примкнувшие к ним россияне? Поищем ответ, заглядывая в таблицу «Республики бывшего СССР: экономика и независимость». Мы привели в ней валовые внутренние продукты (ВВП) бывших советских республик в долларах США за 2008 год в пересчете на душу населения по паритету покупательной способности (чтобы сравнивать ВВП разных стран между собой). Далее для краткости будем называть такие ВВП удельными, т. е. приходящимися на одного среднестатистического жителя конкретной страны.

В столбце № 1 все 15 фрагментов «союза нерушимого республик свободных» ранжированы в порядке убывания их удельных ВВП. Здесь же в скобках указано распределение по ВВП только среди стран СНГ.

В столбец № 2 собраны собственно величины удельных ВВП по данным Международного валютного фонда, а в столбец № 3 – по данным Всемирного банка. В скобках в столбцах № 2 и № 3 приведены места бывших советских республик во всемирной экономической табели о рангах по итогам 2008 года. Отношения удельных ВВП «младших братьев и сестер» к удельному ВВП Российской Федерации за тот же период представлены в столбце № 4.

Кроме того, в таблицу сведены, так сказать, «показатели сепаратизма»: даты объявления республиками независимости от СССР (столбец № 5), подписания ими Соглашения о создании Содружества Независимых Государств (столбец № 6) и его Устава (столбец № 7).
Республики бывшего СССР: экономика и независимость

1.

2.

3.

4.

5.

6.

7.

Место по ВВП на душу населения по паритету покупательной способности в бывшем СССР (СНГ) по итогам 2008
ВВП на душу населения по паритету покупательной способности,

данные

МВФ за 2008 (место среди 179 стран мира)
ВВП на душу населения по паритету покупательной способности,

данные

Всемирного

банка за 2008 (место среди 178 стран мира)
Отношение к ВВП России на душу населения по паритету покупательной способности
Дата провозглашения независимости

(очередность выхода из СССР)
Дата ратификации

Соглашения о создании СНГ
Дата ратификации

Устава СНГ

1. Эстония
$20754 (41)

$21252 (33)

128–144%
20.08.1991 (6)
Член ЕС с 01.05.2004
––

2. Литва
$18855 (46)

$17671 (36)

117–120%
11.03.1990 (1)
Член ЕС с 01.05.2004
––

3. Латвия
$17801 (48)

$17518 (37)

110–119%
04.05.1990 (2)
Член ЕС с 01.05.2004
––

4 (1). Россия
$16161 (53)
$14743 (42)
100%
12.06.1990 (3)
12.12.1991
20.07.1993

5 (2). Белоруссия
$12344 (66)
$10850 (59)
74–76%
27.07.1991 (5)
10.12.1991
18.01.1994

6 (3). Казахстан
$11563 (69)

$10829 (60)

71–73%
16.12.1991 (15)
23.12.1991
20.04.1994

7 (4). Азербайджан
$8958 (81)

$7477 (75)

51–55%
18.10.1991 (13)
Не подписано
14.12.1993

8 (5). Украина
$7634 (90)
$6916 (81)
47%
24.08.1991 (7)
10.12.1991
Не подписан

9–10 (6–7). Туркмения
$5765 (99)


36%
27.10.1991 (14)
Не подписано
Не подписан

9–10 (6–7). Армения
$5437 (103)

$5711 (87)

34–39%
23.09.1991 (12)
18.02.1992
16.03.1994

11 (8). Грузия*
$5001 (108)

$4667 (96)

31–32%
09.04.1991 (4)
Не подписано
19.04.1994

12 (9). Молдавия
$3154 (125)

$2560 (117)

17–20%
27.08.1991 (8)
08.04.1994
27.06.1994

13 (10). Узбекистан
$2606 (130)

$2444 (120)

16–17%
31.08.1991 (9–10)
04.01.1992
09.02.1994

14 (11). Киргизия
$2174 (136)

$1980 (127)

13%
31.08.1991 (9–10)
Не подписано
12.04.1994

15 (12). Таджикистан
$1984 (142)

$1754 (132)

12%
09.09.1991 (11)
Не подписано
04.08.1993

* Грузия официально вышла из СНГ 18.08.2009

Кому живется весело, вольготно в СНГ

Оставив пока за рамками нашего анализа Прибалтику, отметим, что среди стран Содружества удельный ВВП России уверенно держит первое место с отрывом в 30% от второго места, занятого в 2008 году Белоруссией. Последней прямо в спину дышит со своего третьего места Казахстан, который по итогам 2009 года вполне может поменяться с Белоруссией местами.

Дело в том, что по «стране белых аистов» особенно остро ударил глобальный экономический кризис. Во-первых, сократились транзитные потоки – важнейший источник доходов белорусского бюджета. Во-вторых, Россия снизила закупки белорусских грузовиков, тракторов, телевизоров, холодильников, кухонных плит, которые на прочих рынках не были конкурентоспособными и до кризиса. В-третьих, роль подушки безопасности никак не мог сыграть слаборазвитый частный сектор, полупарализованный государственной машиной еще в 1990-х. Недаром 2 января 2009 года белорусский рубль был официально девальвирован по требованию МВФ более чем на 20%, после чего страна получила стабилизационный кредит (разумеется, эти $2,5 млрд не могли решить системных проблем экономики).

Куда более устойчива экономическая основа Казахстана, чей удельный ВВП уступает российскому на 40%. Причина – в щедрости казахстанских недр, где сокрыты нефть и газ, уран и хром, свинец и цинк, титан и магний, даже драгметаллы. «Умеренно» националистическая внутренняя политика позволила Казахстану в значительной мере удержать от эмиграции нетитульное население – в основном русских и украинцев. А вместе с ними уцелела и тяжелая промышленность, в которой казахи составляют максимум 10% работников.

За Казахстаном следует солнечный Азербайджан, где положение – намного хуже. Вследствие армянских погромов 1988–90 гг. из АзССР уехали практически все неазербайджанцы, среди которых преобладали «белые воротнички». В условиях распада Союза это вызвало крах промышленности, последствия которого не преодолены до сих пор. Экономическая основа – экспорт углеводородного сырья, главным образом сырой нефти. В результате удельный ВВП России на 80% превышает тот же показатель закавказской республики. Трудно представить, насколько упал бы там жизненный уровень, если бы порядка 3 млн азербайджанцев не работали в России, содержа таким образом свои семьи на родине.

На пятом месте в СНГ по сумме удельного ВВП пока обосновалась Украина. Эта страна с 46-миллионным высокограмотным населением не имеет прочной центральной власти, из-за чего ее годами рвут на части олигархические кланы. Удельный ВВП Украины вдвое уступает российскому. Что это означает для рядовых граждан? С учетом российских реалий мы понимаем, что под «жовто-блакитним стягом» абсолютное большинство народа пребывает в отчаянной нужде. Недаром численность жителей там сокращается гораздо быстрее, чем в России: за последние 20 лет Украина лишилась 7 млн человек.

Печальные аутсайдеры

Впрочем, все постигается в сравнении. Удельный ВВП богатой газом Туркмении уже почти втрое ниже, чем в России. Отсюда – беспросветная и поголовная нищета. Общенародными природными кладовыми всецело распоряжается национальная верхушка, которая превратила страну в классическую азиатскую деспотию. В XXI веке данный способ управления явно не слишком-то эффективен. Во всяком случае, шестое и седьмое места в нашем рейтинге удельных ВВП Туркмения делит с Арменией – по меркам СНГ, весьма демократической страной.

Эта крошечная республика лишена подземных богатств, зажата среди враждебных стран, а с Азербайджаном и вовсе находится в состоянии войны. Рынку Содружества Армения может предложить разве что бренди, с советской поры гордо именуемый «коньяком». Однако положение спасают инвестиции мощной армянской диаспоры, численность которой втрое превышает население самой Армении.

Еще ниже, на отнюдь не почетном восьмом месте, расположилась Грузия, которая недавно вышла из СНГ, но весь 2008 год провела в его составе, поэтому наши сопоставления вполне уместны. Удельный ВВП независимой Сакартвело аж в три с лишним раза ниже, чем в России, и это несмотря даже на массированные американские вливания в экономику, которые осуществлялись на протяжении многих лет.

На девятом месте, у Молдавии, отрыв удельного ВВП от того же показателя России составляет уже 5,5 раза. Общеизвестно, что население как Грузии, так и Молдавии существует преимущественно на денежные переводы своих гастарбайтеров из-за рубежа, прежде всего из самой России.

Замыкает наш рейтинг «печальная тройка» – страны, уровни жизни в которых сопоставимы с беднейшими государствами Африки. Российский удельный ВВП в 6,2 раза превосходит удельный ВВП Узбекистана (10-е место), в 7,5 раза – Киргизии (11-е место), в 8,3 раза – Таджикистана (последнее место как в СНГ, так и во всем бывшем Союзе).

Правда, климат в Африке куда как теплее, что позволяет обойтись без капитальных построек, отопления, двойного остекления, теплой одежды и многого другого.

Никогда в СССР не было столь потрясающих, многократных различий в достатке населения в зависимости от места проживания. Из общего ряда выбивалась разве что Грузия – благодаря мандаринам, чаю, табаку, цветам, вину. Сходным образом виноград, помидоры, арбузы, баклажаны и фрукты обеспечивали благополучие части азербайджанцев. Не бедствовали и молдаване, снабжавшие весь Союз томатной пастой и овощными консервами. Граждане остальных республик при острой нужде в деньгах подавались в заработки «на севера».

Латвия, Литва, Эстония по праву считались самыми европейскими, но селиться в них народ не спешил из-за очень скромных зарплат. Низкими заработками отличались и Москва, и Ленинград, зато там продавались колбаса и иной «дефицит». В индустриальных центрах на периферии люди зарабатывали в несколько раз больше, но «отовариться» могли с большим трудом. В общем и целом страна жила на 150 руб. в месяц.

Расслоение на бедных и богатых было едва заметным, зарплат и пенсий хватало на сносное питание и даже ежегодную поездку к морю. Работу никто не боялся потерять, деньги выдавались в срок. Зачем же понадобилось разрушить стабильную жизнь, массовое социальное равенство, относительное национальное братство, реальную религиозную терпимость?

На пороге катастрофы

Кому была выгодна «крупнейшая геополитическая катастрофа века», как назвал распад СССР Владимир Путин (в этих его словах «злейшие друзья» России усматривают сожаление по исчезнувшему тоталитарному режиму, хотя существо катастрофы было указано точно: «Десятки миллионов наших сограждан и соотечественников оказались за пределами российской территории»)?

Не ответив на эти вопросы, мы не поймем и сегодняшней ситуации, когда клонится к закату недолгая эпоха СНГ. Так, октябрьский саммит (2009 год) глав государств Содружества в Молдавии собрал лишь семерых вместо 11 участников. В Кишинев не приехал даже лидер Казахстана Нурсултан Назарбаев, хотя не прошло и месяца после его вполне теплой встречи с Дмитрием Медведевым в Оренбурге. А из приехавших самыми резкими критиками России выступили Виктор Ющенко и Александр Лукашенко – президенты исторически наиболее близких нам территорий.

Представляется, что губителями СССР выступили три основных взаимосвязанных фактора.

1. Тотальные вещизм и алчность как следствие многолетней нехватки всего и вся. Утоление товарного голода превратилось в смысл жизни миллионов; все прочее интересовало их лишь в контексте погони за ширпотребом. Это ежедневное массовое унижение, мягко говоря, не прибавляло гражданам ни любви, ни уважения к советской родине. Ее несомненных плюсов обыватель не замечал, как не ощущают здоровых частей собственного тела. Зато огромный минус «дефицита» отовсюду колол глаза, и в итоге люди все меньше дорожили своей страной.

2. Демократизация общественно-политической жизни, включавшая гласность, альтернативные выборы, многопартийность, отказ от «руководящей роли» КПСС, резкий рост авторитета СМИ и депутатского корпуса. Данное обстоятельство позволило пробиться на самый верх не только тем, кто ранее не питал на это никаких надежд, но и тем, кто прежде об этом даже не помышлял. К власти стали примериваться всевозможные демагоги, шарлатаны и плуты.

3. Интеллектуальная и нравственная деградация прежней элиты. Она не сумела соединить социализм с рыночными отношениями по китайскому образцу, была изрядно разложена коррупцией и вещизмом. Ни о какой вере в идеалы коммунизма говорить не приходилось, и в самых высоких кабинетах царил цинизм. Страна потешалась над бескультурьем партийных лидеров, любимые народом сатирики пародировали их речи. Такая элита не вызывала уважения, по поводу ее дееспособности в обществе имелись обоснованные сомнения.

Ради захвата власти в союзных республиках начали формироваться оппозиционные элиты. Их возглавили амбициозные национальные интеллектуалы, у которых, вследствие невысокой одаренности, не было шансов «пробиться» в русской культуре. Вот несколько примеров: музыковед Витаутас Ландсбергис (Литва), литератор Звиад Гамсахурдиа (Грузия), востоковед Абульфаз Эльчибей (Азербайджан), журналист Вячеслав Черновил (Украина), искусствовед Зенон Позняк (Белоруссия) и т. д.

Ради удовлетворения собственного непомерного тщеславия они готовы были на все, включая выход из состава великой страны, полное обнищание собственного народа, а кое-где – даже гражданские войны. Все это камуфлировалось громкими обещаниями скорого процветания – «как на Западе». Забегая вперед, отметим, что с той поры в принципе ничего не изменилось, хотя сегодня у власти в постсоветских странах – совсем другие люди.

Не зря две с лишним тысячи лет назад Юлий Цезарь отчеканил, что лучше быть первым в Галлии, чем вторым в Риме. Почему заглохло строительство Союзного государства России и Белоруссии? Белорусский лидер прекрасно понимает, что отличается от президента Татарии, Башкирии или Якутии в первую очередь тем, что его республика не входит в Российскую Федерацию.

Именно амбиции национальных элит вот уже почти 20 лет препятствуют подлинной реинтеграции некогда единых народов и территорий.

(Продолжение следует)
Источник: KMnews

«СНГ: размежевание ради воссоединения». Часть 2
Виктор Бирюков
Российский предприниматель и политик

В части 1 данной статьи автор привел таблицу «Республики бывшего СССР: экономика и независимость». В ней все постсоветские страны ранжированы по величине ВВП на душу населения в 2008 году в пересчете по паритету покупательной способности. Там же собраны и «показатели сепаратизма»: даты провозглашения республиками СССР независимости, ратификации ими Соглашения о создании СНГ и Устава СНГ. С опорой на этот справочный аппарат статья анализирует ситуацию в позднем СССР и на постсоветском пространстве. Отмечено, что СНГ изживает себя, поскольку лидеры входящих в него государств руководствуются не экономической целесообразностью, а собственными амбициями, не желая уступать ни грана своих «незалежных» полномочий.

Политкорректность по-русски

Почти 20 лет пропагандистские машины бывших братских республик обвиняют Россию в стремлении ущемить суверенные права «младших братьев и сестер». Дескать, имперское высокомерие и недружественное поведение «старшего брата» препятствуют подлинной реинтеграции некогда единых народов и территорий. В действительности дело обстоит точно наоборот.

В конце 1980-х во всех советских республиках к власти ринулись националистически настроенные деятели культуры, чьего «величия» упорно не желала признавать коммунистическая власть. Пришел черед неудачников поквитаться за обиды, якобы нанесенные им советским интернационализмом и великоросским шовинизмом.

Прикрываясь лозунгами «национал-демократии» (ставлю кавычки, поскольку национализм в принципе несовместим с демократией: там, где один народ предпочтительнее другого, не может быть никакой демократии), «альтернативные», «неформальные» лидеры во всех бедах обвиняли «старшего брата».

«Идея демократии была прямо ассоциирована с национализмом, – напоминает о последних годах СССР философ Сергей Кара-Мурза. – Показательно, что демократы поддерживали лишь национализм антисоветский и антирусский. Напротив, испытывая угрозу со стороны этнократических движений, национальные меньшинства республик, видевшие защитника в лице СССР и России (осетины и абхазы, гагаузы, каракалпаки и др.) проявили «оборонительный» русофильский национализм, который оценивался демократами негативно».

Например, «нацдемы» Украины и Белоруссии горячо убеждали свои народы, будто «проклятые москали» пожирают их сало и сметану. С точки зрения «нацдемов» Азербайджана, «старший брат» должен был окоротить армян в Нагорном Карабахе. А «нацдемы» Армении ругали «старшего брата» за то, что не защитил их соплеменников в Сумгаите и Баку. И т. п.

В ответ среди россиян завелись свои собственные «нацдемы», которые объявили РСФСР полуколонией прочих союзных республик и потребовали скорейшего отделения от них, – вот тогда-то, мол, и заживем как следует! Эта идея как нельзя кстати пришлась Борису Ельцину в его противостоянии с КПСС и лично Михаилом Горбачевым.

Ситуацию всеобщего разброда умов в позднем СССР усугубляло поразительное благодушие подлинной (не «национал-демократической») интеллигенции. Это отстраненное, «надмирное» настроение точно передал музыкант Андрей Макаревич:

На пустые страницы истории Русской империи
То золою, то золотом наши ложатся года.
Так отдайте литовцам Литву, Михайло Сергеевич,
Мил насильно не будешь, увы. Ну а кровь – не вода...

Скоро кончатся дырки от бубликов – где уж там бублики!
Недоверье к словам рождено недоверьем к делам.
Лучше друг по соседству, чем враг в виде братской республики.
Отпустите литовцев, ну что они сделали вам?

Нынче такую позицию называли бы «политкорректной». Что ж, Михаил Сергеевич внял призыву, ибо независимость Литвы его и впрямь заботила куда меньше чудовищных провалов «с бубликами» в экономике. Первый и последний президент СССР мог воспрепятствовать националистическим и сепаратистским игрищам, но не стал этого делать. Располагая всеми необходимыми ресурсами, чтобы железной рукой сохранить и страну, и собственную власть, он не пожелал «кровь на воду переводить».

Уверен: если бы Горбачев отменил перестройку, Союз был бы сейчас живее всех живых. И сидели бы мы по-прежнему за железным занавесом, унижались бы в очередях за мороженым минтаем да дрались бы с душманами в Афгане, узнавая правду о той войне из коротковолновых радиоприемников – по «вражьим голосам». А Михаил Сергеевич оставался бы генеральным секретарем ЦК КПСС. Обратите внимание: в Северной Корее тоталитаризм держится даже несмотря на то, что население хронически голодает.

Ох, и не массы народные творят историю...

Кто, когда и зачем поссорился

Признаем: при попустительстве «кроткого», исходившего из самых лучших побуждений Михаила Сергеевича на авансцену «истории Русской империи» без помех выкатились бесноватые русофобы. Хотя сами эти люди либо не задержались у кормушек (Гамсахурдия), либо даже не добрались до них (Позняк), их более удачливые последователи продолжали двигаться курсом на скорейшее и полнейшее размежевание со «старшим братом».

«Достаточно отвратительные и постыдные национал-демократические революции прошли в 1990–91 годах почти во всех республиках бывшего СССР. Где-то – поцивильнее (Прибалтика, Украина), где-то – агрессивнее (Молдова, Закавказье)», – вспоминает об этом публицист Леонид Радзиховский.

Именно так: «отвратительные и постыдные». После августа 1991-го пробившиеся по всем окраинам к власти националисты, эти племенные вожди XX века, повели себя по-хозяйски, будто сами развалили Союз. С бешеным энтузиазмом, не жалея сил и средств, они принялись обзаводиться всеми признаками государственности и старательно будили национализм своих подданных, дремавший в ментальных глубинах.

В дырявых бюджетах всех без исключения новых государств вдруг нашлись деньги на замену уличных вывесок на русском языке. Одновременно соотечественники из ставших вдруг чужими республик изощренно превращались друг для друга в иностранцев. У них появились различные паспорта, страховые пенсионные свидетельства и прочие документы. Общесоветские здравоохранение, образование, пенсионное обеспечение были старательно разрезаны на «суверенные» кусочки, чтобы ими ни в коем случае не могли воспользоваться вчерашние сограждане из соседних республик.

Конечно, сверхзадача новорожденных государств заключалась в том, чтобы надежно отгородиться не столько друг от друга, сколько от России. Требовалось исключить даже теоретическую возможность воссоединения со «старшим братом». Из делопроизводства, из школ и вузов, из медийного пространства, даже из бытового общения последовательно изгонялся язык титульной нации, создавшей великую страну. А у России, в свою очередь, совершенно не оставалось ни времени, ни сил вернуться на имперскую арену.

По-видимому, в 1992–93 годах щелчок бича еще заставил бы всех возмутителей спокойствия на шестой части суши напрячься, съежиться, да и вернуться в лоно единой государственности. Но у российской элиты имелись занятия поважнее: в стране шли небывалые рыночные реформы, параллельно разворачивалась увлекательная игра «в приватизацию», махровым цветом расцветала коррупция. А надо всем этим довлел страх перед коммунистическим реваншем; даже позднее, в 1996-м, многие представители власти и интеллигенции готовились покинуть страну после того, как президентом неотвратимо станет Геннадий Зюганов. В такой обстановке «младшие братья и сестры» не слишком-то занимали «старшего брата».

А как же провозглашенная брежневской Конституцией 1977 года «новая историческая общность людей» – «советский народ»? Как 300 млн человек отнеслись к тому, что существовавшие лишь на бумаге границы между союзными республиками неожиданно обзавелись полосатыми столбами, пулеметными вышками, автоматчиками с овчарками, таможнями и прочими атрибутами «незалежности»?

Случилось непроходимое горе – разрезка единого живого организма, но народы безмолвствовали. В начале 1990-х граждан, во-первых, всецело поглотила борьба за индивидуальное выживание; во-вторых, прямой наводкой било по умам националистическое шельмование России («москали» во всем виноваты); в-третьих, сыграло свою роль сильнодействующее успокаивающее средство под названием «СНГ».

Почему давят русский язык

Вчерашние советские люди почти не сомневались, что СНГ – это очередная реинкарнация Российской империи, этакий новый Советский Союз, ну разве что за вычетом Прибалтики. Однако то, что вполне устраивало рядовой люд, неприятно волновало «национал-демократические» элиты новорожденных государств.

«Удельные князья» не на шутку тревожились: а вдруг и правда СНГ окажется прикрытием для реальной «сборки» страны? Потом ведь не удержаться у сытных кормил – дай-то бог вовремя ноги унести от бдительных чекистов и «самого справедливого в мире» суда! Да и национальным бизнесменам, тесно «аффилированным» с национальными политиками, нелегко будет выдерживать честную, без протекционистских мер конкуренцию с предпринимателями России.

В результате руководители бывших союзных республик с самого начала относились к СНГ лишь как к ширме для оболванивания собственного населения. И продолжали дистанцироваться от «старшего брата», по-прежнему разглагольствуя о грядущем скачке уровня жизни до западных стандартов. Впрочем, многие «нацдемы» настолько не доверяли России, что не особо заботились даже о пристойном внешнем виде этой ширмы.

Например, Соглашение о создании СНГ не ратифицировали ни Азербайджан, ни Грузия, ни Киргизия, ни Таджикистан. Устав СНГ Грузия ратифицировала вынужденно – лишь после того, как в 1993 году российские войска помогли Шеварднадзе отобрать власть у Гамсахурдии. А Украина до сих пор не ратифицировала Устав СНГ, хотя является и его учредителем, и его участником. И уж, конечно, никому в СНГ не сравниться «успехами» в сепаратизме с Туркменией: она не ратифицировала ни Соглашения о создании СНГ, ни его Устава, а вдобавок отгородилась от прочих братских республик визовым забором.

«Удельным князьям» выгоднее консервировать вопиющую бедность собственных граждан, нежели сделать хоть ничтожный шаг навстречу «старшему брату». Неслучайно свежие примеры столь «рациональной» позиции продемонстрировали Киргизия и Таджикистан, по уровню экономического развития уверенно занимающие в бывшем СССР 14-е и 15-е (т. е. предпоследнее и последнее) места. В разгар грандиозной мировой рецессии киргизские политические шулеры «кинули» Россию в вопросе о закрытии американской авиабазы, а их таджикские «коллеги» развязали оголтелую кампанию травли русского языка, хотя в 1990-х именно наши солдаты отстояли нынешний таджикский режим в его гражданской войне с исламистами (Киргизия нанесла свой удар по русскому языку еще в 2004-м, приняв закон «О государственном языке»).

Вообще-то власти экс-союзных республик, в которых преследуется русский язык, можно понять. Ни в той же Киргизии, ни в том же Таджикистане практически нет ни рабочих мест, ни простора для частной инициативы, ни каких бы то ни было перспектив улучшения экономической ситуации. И население в массовом порядке перебирается в Россию – в качестве трудовых мигрантов. Это вызывает обоснованную тревогу «незалежного» руководства: уезжают-то, как правило, лучшие – самые профессиональные, трудолюбивые, энергичные.

Стремление запретить русский язык является попыткой удержать население в национальных границах. Ох и свинью же подкладывают своим гражданам их политические лидеры: людей не научили еще английскому, но уже отучили от русского, – незавидная участь на рынке труда в условиях глобализации!

Впрочем, экономика сильнее любых запретов. Объективно ни киргизам, ни таджикам, ни другим бывшим согражданам почти некуда больше податься, кроме России. Приезжая, они учат нашу речь уже здесь, на ходу, в силу чисто экономической необходимости – иначе можно найти лишь черную, тяжелую, низкооплачиваемую работу. Правда, на стройках гости овладевают не вполне литературным языком, но сие, так сказать, издержки независимости.

При этом всеми правдами и неправдами мигранты стремятся приобрести гражданство РФ, чтобы не чувствовать себя у нас людьми третьего сорта. Самый распространенный способ – женитьба на гражданке России. От подобных «экономических» браков рождаются дети, которые становятся носителями русского языка и, вероятно, будущими носителями русской культуры. Вот он, подлинно народный ответ высокопоставленным гонителям великого и могучего!

Неоперабельный случай

Следует ли России предпринимать меры для реанимации СНГ как межгосударственного института? Убежден, что в его сохранении нет никакого смысла – случай совершенно «неоперабельный». С самого начала Содружество де-факто являлось не межгосударственным институтом, а набором двусторонних договоров России с рядом ее недавних соседей по СССР.

Сходство между СНГ и Евросоюзом могут усматривать люди очень далекие – как от политики, так и от экономики. В конце концов, еще в 2005 году российский президент расставил точки над «i»: «Если в Европе страны ЕС совместно работали для объединения, то СНГ создавалось для цивилизованного развода. Все остальное – политическая шелуха и болтовня».

И действительно, СНГ – инструмент размежевания: внутри ЕС границы постепенно стираются, а внутри СНГ – крепнут. В условиях глобализации подобный подход является отречением от разума хотя бы потому, что противоречит логике международного бизнеса: «словно парашюты, рынки срабатывают тогда, когда они открыты» (Хельмут Шмидт, канцлер ФРГ).

Объективно именно в такой логике и должны развиваться в дальнейшем отношения между бывшими союзными республиками. Окончательно размежевавшись, они перейдут не к восстановлению СССР (это – очевидная утопия), а к объединению своих экономических пространств. И сделать им это будет куда как проще, нежели Франции и Германии, которые столетиями вели друг с другом кровопролитные войны.

(Окончание следует)

Продолжение. Ч.1 см. здесь
Источник: KMnews

СНГ: размежевание ради воссоединения». Часть 3
Виктор Бирюков
Российский предприниматель и политик

В частях 1 и 2 данной статьи автор показал, что национальные окраины СССР пострадали от его распада гораздо больше, чем Россия. Объявляя о выходе из состава Союза, все республиканские лидеры обещали своим народам скорое экономическое процветание, однако результат был достигнут прямо противоположный. По итогам 2008 года Россия заняла в СНГ 1-е место по величине ВВП на душу населения. На 2-м месте – Белоруссия, у которой тот же показатель – на 30% ниже российского, и этот разрыв нарастает. А на последнем месте – Таджикистан, чей удельный ВВП – почти в 8,5 раза меньше, чем в России. Столь сильное экономическое расслоение само по себе лишний раз доказывает, что СНГ служил инструментом размежевания, и время его сочтено. Что же нас ждет дальше? Сама логика жизни подсказывает: движение в сторону самой тесной экономической интеграции.

Тест на состоятельность и самостоятельность

Несмотря ни на что, агония СНГ могла длиться еще долгие годы. По всей видимости, толчком к ускоренной развязке послужила не кавказская война в августе 2008 года, а начавшийся тогда же глобальный экономический кризис. Вот уж поистине суровый экзамен на экономическую состоятельность, а посему – и на государственную самостоятельность.

Изо всех советских республик лишь Российская Федерация оказалась государством самодостаточным, способным не только продержаться на плаву без внешних заимствований, но и поддержать тонущие экономики своих соседей. Не на Запад, а прямо в пропасть завела «национал-демократия»!

Даже сравнение с «продвинутой» Прибалтикой вышло в пользу России. По итогам 2008 года удельный ВВП Эстонии (1-е место в бывшем СССР) превышал тот же показатель России на 35%, ВВП Литвы – на 18% (2-е место в бывшем СССР), ВВП Латвии – на 15% (3-е место в бывшем СССР).

Однако, согласно прогнозам, российский ВВП упадет в 2009 году ориентировочно на 8% относительно 2008 года (в 2010-м уже ожидается рост от 1,6 до 2%). Аналогичное падение в Эстонии и Литве составит примерно по 14%, а в Латвии – около 20%, что уже поставило эту республику на грань социального взрыва и дефолта.

Иными словами, по итогам текущего года у России имеются неплохие шансы на улучшение своей позиции в экономическом рейтинге государств бывшего СССР относительно нынешнего 4-го места. На мировых биржах растут котировки российских товаров (нефти, газа, металлов, алмазов), но при этом мало что известно о спросе на продукцию стран Балтии, которые вот уже 5,5 года входят в Евросоюз. Строго говоря, созданное там в советские годы народное хозяйство попросту «закончилось».

Так, в Латвии на месте электротехнического гиганта ВЭФ высится торговый комплекс – зачем германскому Siemens или французскому Alcatel лишняя конкуренция? Эстония больше почти не производит бумагу – финляндскому Stora Enso и шведскому Svenska Cellulosa Aktiebolaget конкуренты также ни к чему. Не нужны они и рыбакам из Испании или Польши – недаром в Литве разрезаны на металлолом рыболовецкие траулеры.

Слышали загадку «Длинное, зеленое, пахнет колбасой»? Ответ: «Поезд из Москвы». Однако автобусы и поезда мчались за мясопродуктами не только в столицу СССР, но и в прибалтийские государства. Сегодня продукция их сельского хозяйства, на которую в пору борьбы за независимость возлагались огромные надежды, отнюдь не востребована на Западе: в ЕС хватает собственных агропроизводителей, которые получают к тому же колоссальные госдотации. Чтобы хоть как-то поддержать отрасль в ходе сокрушительного кризиса, власти Литвы даже надумали выращивать... наркосодержащее растение – коноплю. Вот это эврика!

Пожалуй, главным приобретением жителей стран Балтии от пребывания в Евросоюзе стала возможность работы в прочих его странах. Правда, я никогда не слышал, чтобы свобода выезда на заработки за рубеж являлась преимуществом чьей-либо родины. Если все-таки вообразить себе рейтинг такого рода, прибалтам тут придется жестко посоперничать с Молдавией, Азербайджаном, Узбекистаном, Таджикистаном...

Но оставим в стороне судьбу государств Прибалтики. В конце концов, их титульные нации страстно боролись за вступление в Евросоюз, никто их туда силком не загонял. Теперь они закономерно напоролись на все те проблемы, о которых предупреждали здравые умы, избежавшие националистического угара: бумеранги вернулись. Национализмом сыт не будешь, это абсолютно точно.

Очень вероятный сценарий

Представляется вполне очевидным, что на смену преимущественно политическому Содружеству придет тесный экономический союз – наднациональное объединение бывших советских республик. Оно аккумулирует существенную часть экономических полномочий своих суверенных членов, образовав общие таможенное, трудовое, инвестиционное, налоговое, сельскохозяйственное, индустриальное, сырьевое, торговое, строительное пространства на единой законодательной базе.

Такой прогноз выглядит сегодня куда менее утопичным, чем предсказание распада СССР, сделанное году этак в 1989-м. На фоне кризиса весь процесс может произойти довольно споро, в течение, скажем, десятилетия. Каким видится нам сценарий подобной геополитической трансформации? Наиболее вероятно развитие событий по варианту «Полное размежевание ради последующего взаимовыгодного воссоединения».

Итак, в той или иной республике националистическое правительство «персональных амбиций» отправляется в отставку в связи с банкротством собственной экономической политики. Затем проводятся досрочные выборы, по итогам которых к власти приходит новая волна «нацдемов», которые еще радикальнее своих предшественников. Как говорится, «патриотизм – последнее прибежище негодяя».

Отношения с Россией окончательно портятся и заходят в тупик – наступает полное размежевание. Саммиты глав государств СНГ игнорируются, никакие значимые документы участниками СНГ не принимаются. Фактически это означает полный развал СНГ, что совершенно необязательно декларировать официально; точно так ряд бывших союзных республик официально не вступали в СНГ (не ратифицировали Соглашение о создании СНГ и Устава СНГ), являясь, тем не менее, его членами.

Одновременно ситуация в экономике той или иной республики продолжает ухудшаться, что объясняется отсутствием помощи со стороны «старшего брата». Люди ропщут, выходят на улицы. Волна всенародного недовольства вынуждает националистов у власти вновь признать свое банкротство и опять объявить выборы. Только вот националистические лозунги больше не в почете: наши бывшие соотечественники наконец-то осознают, что долгие годы были жертвами оболванивания. В обществе широко распространяется понимание того, что от национализма еще ни один народ на свете не поумнел и не зажил припеваючи. Как там у Шопенгауэра? «Национальная гордость – низший тип гордости; ею гордятся, когда гордиться больше нечем».

Удерживать народы в нищете и покорности сравнительно длительное время удается лишь тоталитарной машине. Но в условиях мало-мальской демократии в современном обществе – обществе потребления – это невозможно, тут не помогут никакие ухищрения националистических элит. На новых выборах уставшие от нищеты и русофобии люди проголосуют за центростремительные, пророссийские силы. Иными словами, тихонько постучатся к «старшему брату».

Новой власти той или иной республики останется озвучить этот выбор сограждан, обратившись к России с просьбой об экономической интеграции. А уж у «старшего брата» дверь открыта – никому не откажет. Только предложит «младшему братишке» предварительно подогнать экономическое законодательство под российское. Желательно – в сжатые сроки.

Возьмем, к примеру, православную Грузию, с которой полное размежевание уже состоялось. Сейчас это – формально вроде бы независимая республика. Правда, ее правительство содержится на американские трансферты. Да и свое будущее она связывает с обслуживанием... трех военных баз США, которые планируется открыть к 2015 году. Боюсь, однако, что сие – совершенно не та сфера услуг, которой прирастают богатейшие экономики планеты. (В структуре ВВП ведущих стран доля сферы услуг превышает 60 и 70%; к этой непроизводственной сфере обычно относят банкинг, страхование, биржевую и прочую торговлю, транспорт, общепит, ремонтные мастерские, туризм.)

Опыт Грузии вообще очень показателен. Выяснилось, что США с удовольствием поддержат явно проамериканский режим на постсоветском пространстве – и в материальной сфере, и в натаскивании вооруженных сил, и в медийном пространстве, и в международных организациях. Однако у американцев – чисто утилитарный подход: поиск политической выгоды. Они даже не помышляют всерьез обустраивать территорию, где хозяйничает данный режим. Постсоветская Грузия практически лишена промышленности, но США не создали там даже заводов отверточной сборки. В экономическом плане Грузия абсолютно неинтересна Америке; точно так американцы никогда не возьмутся «оцивилизовывать» Таджикистан, Туркмению или любую иную бывшую ССР.

Поэтому смотрите сценарий выше: администрация Саакашвили, добившаяся полного размежевания со «старшим братом», уступает власть очередной поросли грузинских «нацдемов». Но и те торжествуют совсем недолго. Измученный экспериментами народ признает, что жизнь при Советах была его золотым веком, и на очередных выборах отдает голоса партии, которая обещает избавить страну от невыносимой независимости – ради возможности торговать с Россией, работать в России, привлекать инвестиции из России.

Более того, в едином экономическом пространстве с высокой вероятностью исчерпают себя порожденные нищетой этнические конфликты. В обществе потребления все решают возможности достойного трудоустройства, создания собственного бизнеса и честной конкуренции, но никак не идеалы национального превосходства и доминирования. Погаснут очаги напряженности между Азербайджаном и Арменией, Молдавией и Приднестровьем, Грузией и Абхазией, Южной Осетией.

Человек человеком богат

Разумеется, в пределах Российской Федерации «экономическое» возвращение в ее лоно отколовшихся республик неизбежно вызовет возмущение тех, кто по-прежнему верит, будто РСФСР была полуколоний своих закавказских и среднеазиатских сателлитов. Дескать, что выиграет сам «старший брат», распахнув объятия «блудным» братьям и сестрам? Следует ли нам вообще поступаться не слишком-то высоким благосостоянием собственных граждан ради улучшения жизни на добровольно разбежавшихся окраинах?

Такая риторика изначально ущербна. Во-первых, все постсоветское пространство однозначно является сферой «привилегированных интересов» России (выражение президента Дмитрия Медведева). В этом, кстати, нет ничего выпадающего из международной практики; точно так же вся Америка – Южная, Центральная и Северная, – является сферой «привилегированных интересов» Соединенных Штатов.

Во-вторых, Россия не вправе безучастно взирать на повсеместное экономическое бедствие в зоне своей исторической ответственности. Если наши предки «приручили» целые народы, втянув их в орбиту российской государственности, то смеют ли потомки игнорировать сей факт на чисто шкурных, а то и ксенофобских основаниях?

В-третьих, ресурсы современной России достаточны для того, чтобы не отщипывать крохи от бюджетов простых россиян на экономическую ассимиляцию наших «новых старых» соотечественников. Нужно лишь рачительнее этими ресурсами распоряжаться: меньше красть, скромнее «откатывать», реже расходовать бюджетные средства «нецелевым образом», активнее поощрять развитие предпринимательства.

В-четвертых, «обременение» экономиками соседних стран ускорит реализацию нашей национальной мечты о диверсификации народного хозяйства, о его «соскоке с углеводородной иглы». Восстановятся многие разорванные еще в 1990-х экономические связи между предприятиями, по всему постсоветскому пространству оживут многие давно заброшенные заводы. Начнется подъем в самых разных отраслях экономики (прежде всего российской), чья продукция сейчас не может пробиться на мировые рынки: автомобильная, авиационная, машиностроительная, химическая и другие. Нашими главными рынками сбыта станут бывшие союзные республики, с которыми нас связывает не только генетическая память о многовековом пребывании в едином административном пространстве, но и всевозможные технико-технологические стандарты.

В-пятых, официальное, свободное, без унизительных миграционных карт, возвращение в единую трудовую семью азербайджанцев, армян, грузин, казахов, киргизов, молдаван, таджиков, туркмен, узбеков (не говоря уже об этнических русских и наших братьях-славянах) решит пресловутую демографическую проблему. Часть этих людей пока еще сносно знают русский язык, многие в той или иной степени являются носителями русской культуры. Если в их число захотят влиться латыши, литовцы, эстонцы – милости просим.

Еще наши предки догадывались о бедах, которые несет с собой национализм, недаром у староверов есть поговорка «человек человеком богат». О национальной принадлежности – ни слова. Вот на этом-то принципе и должна строиться новая «сборка» экономического пространства нашей Большой страны.

А там, глядишь, и Большой наш народ опять «соберется».

Окончание
Часть 1 см. здесь
Часть 2 см. здесь
Источник: KMnews
Виктор Бирюков
Российский предприниматель и политик

Проблемы безопасности

 

Дмитрий Зеркалов

Тигипко: «Власть – это не владение заводами, морями, пароходами, а эффективное управление чужой «государственной» собственностью в свою пользу под крышей Президента.»